On the Mineral Monad
("The Theosophist", September 1883; BCW 5:171-75)

О минеральной монаде


Перевод на русский язык © 2019 г. Владимир Валентинович Базюкин. Электронный вариант настоящей публикации, осуществлённой издательством Theosophical University Press. Все права защищены.


[По воспоминаниям Г.С. Олкотта, публикуемая статья "была ей надиктована её незримым учителем как часть "Ответов члену английского Теософского общества" (см. BCW 5:129). Сама же Е.П.Б. писала об этом так: "Мне-то самой главным образом и пришлось переписывать текст этих "Ответов", часть которых была написана М., часть — его учениками, а часть — кем-то ещё, кого я совершенно не знала, поскольку видела их почерк впервые в жизни, и это при том, что во всём свете не сыскать наборщика, который оказался бы способен разобрать почерк М." (там же, p. 133). Таким образом, по существу, Е.П.Б. выступила в данном случае не автором статьи, а лишь переписчиком переданного ей текста. — TUP]

Любое английское выражение, которое верно передаёт ту или иную идею, "получает одобрение со стороны Адептов". А что в этом не так? Термин "монада" в той же мере обозначает дремлющую в минерале жизнь, как и жизнь, присутствующую в растениях и животных. Моногенист может не соглашаться с таким термином и особенно с самой идеей "монады", тогда как у полигениста — если только он не законченный материалист — никаких возражений по этому вопросу, возможно, и не возникнет. Что же до учёных других школ, то они отвергнут уже саму концепцию человеческой монады — просто назовут её "ненаучной".

Какое отношение имеет монада к атому? Ровно никакого — ни к атому, ни к молекуле в их современном научном понимании. Нельзя её уподобить и тому микроорганизму, который когда-то был отнесён к разряду полигастрических инфузорий, а сегодня считается растением и причисляется к водорослям. Но это и не совсем та "монада", о которой говорят перипатетики.

Будучи физической по своему составу и имея особое строение, минеральная монада, разумеется, отличается от человеческой, которая не имеет в себе ничего физического, а строение её невозможно описать с помощью каких бы то ни было химических символов или элементов. Коротко говоря, минеральная монада едина — монады же высших животных и человека бесчисленны. А иначе как ещё можно было бы объяснить и понять математически то, что происходит эволюционное развитие четырёх царств, и происходит оно по спирали? — На эту тему замечательно высказался чела С.Т.К. Чери в июньском номере "The Theosophist" (с. 232, 233).[1]

Монада — это соединение двух последних принципов в человеке: шестого и седьмого, и, строго говоря, термин "человеческая монада" относится только к духовной душе, а не к её наивысшему духовному принципу-жизнедателю. Но поскольку духовная душа не могла бы существовать, не могла бы быть в отрыве от последнего [духовного принципа], то она называется всё-таки "монадой". По своему составу (если уж этот термин, способный шокировать любого азиата, нам так настоятельно необходим, когда мы хотим прояснить свою мысль европейцу) буддхи, то есть шестой принцип, представляет собой эссенцию того, что вы назвали бы материей (это может быть некий центр духовной силы), пребывающей в своих шестом и седьмом состояниях, а АТМАН, источник жизни [монады], является частью ЕДИНОЙ ЖИЗНИ, или Парабрахмана. Но хотя эссенция монады (да простят нас за такое выражение) как минерального, так и растительного и животного царств, и остаётся неизменной в течение всех своих циклов — от самого низшего элементала до царства дэв, — она, тем не менее, отличается мерой своего продвижения по пути эволюции.

Было бы глубоко ошибочным представлять себе монаду в виде некоего отдельного существа, медленно пробивающегося по какому-то своему особому пути в низших царствах, и полагать, будто спустя неисчислимое множество трансмиграций она достигает своего расцвета в виде человеческого существа — коротко говоря, было бы ошибкой полагать, будто монада какого-нибудь Гумбольдта может восходить к монаде атома какой-нибудь минерала вроде роговой обманки. Для физической науки, предпочитающей раскладывать по полочкам каждый встречающийся ей атом, правильнее было бы, разумеется, говорить не о "монаде" того или иного минерала, а о единственной монаде, проявляющей себя в той форме пракрити, которая называется минеральным царством. В тех гипотезах, которые сегодня обычно высказываются наукой, ни отдельный атом, ни отдельная молекула не рассматриваются как частичка чего-то, что получает жизнь от чего-то психического и спустя долгие эоны должно неминуемо преобразоваться в человека. А ведь на самом деле они [и атом, и молекула] — это проявление в конкретной форме той мировой энергии, которая сама пока ещё не прошла путь своей индивидуализации, это — одна из стадий проявления единой мировой Монады.

Этот океан начинает расщепляться на свои потенциальные и уже сформировавшиеся в нём капли лишь после того, как волна импульсов жизни достигает определённой стадии эволюции — стадии появления человека. Тенденция к индивидуализации монад набирает силу постепенно и почти что подходит к своему максимуму у высших животных. Перипатетики под словом "монада" (монас) понимали весь Космос — в пантеистическом смысле. Оккультисты же, в принципе соглашаясь с таким взглядом на вещи, подразделяют всю эволюцию конкретного из абстрактного на ряд последовательных этапов, каждый из которых у них носит особое название, и одним из таких названий как раз и является термин "минеральная монада".

Термин этот означает всего лишь то, что приливная волна духовной эволюции в известный момент проходит именно по этой дуге своей цепи. "Эссенция монады" начинает незаметно дифференцироваться уже в растительном царстве. Поскольку же монада, по верному определению Лейбница, представляет собой нечто простое и несоставное, то жизнь свою на всех этапах дифференциации, в ходе которой и образуются собственно монады, она получает от духовной эссенции — а вовсе не от той или иной агрегации атомов, выступающей лишь носителем или субстанцией, через которую пробивается разум, достигший у одних монад более низкого, а у других — более высокого уровня.

Да, среди растений, проявляющих, как считается, чувствительность [к внешним раздражителям], существует некоторое число таких, которые действительно можно считать обладателями этого осознанного восприятия, которое Лейбниц называет апперцепцией. Однако все остальные наделены такой внутренней деятельностью, которую можно назвать всего лишь нервной чувствительностью растений (и было бы ошибкой называть её даже перцепцией). И поэтому даже растительная монада остаётся по-прежнему всё той же самой единственной монадой, но находящейся теперь на втором этапе пробуждения чувствительности.

Лейбниц несколько раз подходил почти вплотную к истине, но всё-таки определял эволюцию монады неточно, а зачастую и глубоко ошибочно.

Всего существует семь царств [природы]. Первую группу образуют три класса элементалов (или нарождающихся центров силы), стоящих на разных ступеньках эволюции — от первой фазы дифференциации мулапракрити до её третьей степени, то есть включают в себя как то, что ещё начисто лишено сознания, так и то, что уже обладает полуперцепцией. Вторая, более развитая группа охватывает собой все царства от растительного до человеческого. Таким образом, минеральное царство оказывается центральной или поворотной точкой в процессе развёртывания "эссенции монады" — если рассматривать последнюю как эволюционирующую энергию.

Итак, мы имеем: три этапа эволюции элементалов, минеральное царство, и три [последующих] этапа эволюции объективной физической природы — таковы те семь звеньев, которые и образуют всю эволюционную цепочку. Нисхождение духа в материю (равнозначное процессу восхождения [материи] в ходе физической эволюции); повторное восхождение [духа] из бездны бездн материальности (минеральности) назад, к status quo ante[2] с соответствующим рассеянием плотного организма — вверх, к нирване, точке исчезновения дифференцированной материи.

Быть может, нам будет легче представить себе весь этот процесс с помощью следующей несложной диаграммы:[3]

five_years_of_theosophy_Russian copy.jpg

Линия AD показывает постепенную обскурацию духа по мере его перехода в плотную материю; точка D[4] указывает на положение минерального царства в ходе его эволюции, начиная с точки его зарождения d и заканчивая точкой а, в которой оно достигает своей предельной плотности. Точки a, b и с в левой части рисунка указывают на три стадии эволюции элементалов, то есть те три последовательных этапа, которые проходит духовный импульс (через царство элементалов, о котором мало что позволено говорить),[5] прежде чем они оказываются заточёнными в самую плотную форму материи. Указанные же в правой части диаграммы точки с, b и a в правой части диаграммы обозначают три фазы органической жизни — в виде растений, животных и человека. То, что является полной обскурацией для духа, означает достижение предельного совершенства для его антипода — материи. Эта идея передаётся линиями AD и DA. Стрелками же обозначена направленность движения эволюционного импульса, который достигает состояния вихря, а затем вновь рассеивается в субъективность АБСОЛЮТА. Центральной, самой толстой линией dd обозначено минеральное царство.

Времена моногенистов канули безвозвратно. Даже те, кто ещё верует в личного Бога (такие, как, например, профессор Агассис), сегодня утверждают, что " . . . существует очевидный прогресс в последовательной смене одних живых существ на поверхности Земли другими. Прогресс этот заключается в достижении всё большего сходства с ныне живущей фауной и — особенно у позвоночных — в их всё большем сходстве с человеком . . . Человек — вот та цель, к которой стремится весь животный мир, начиная с самого первого появления самых первых рыб палеозойской эры" ("Principles of Zoology", pp. 205-206).[6]

Минеральная монада — это не какая-то латентная индивидуальность, а такая всепроникающая сила, которая своим носителем на сегодняшний день имеет материю, пребывающую в своём самом низшем, самом плотном земном состоянии. Потенциально монада достигает своего полного развития в человеке, и в зависимости от своего носителя — пяти низших и наиболее физических человеческих принципов, — она может находиться либо в пассивном, либо в абсолютно активном состояниях. Своё полное освобождение монада получает в царстве дэв, где и пребывает в своём наивысшем состоянии — лишь на один шаг отстоя от ЕДИНОЙ мировой Жизни.


Примечания переводчика

[1] В июньском номере журнала "Теософист" за 1883 год разгорелся спор по поводу учения Махатм о порядке прохождения импульса жизни по всей планетарной цепи Земли, а также по вопросу о присутствии представителей 5-го Круга среди человечества нынешнего 4-го Круга. Поводом к спору послужило письмо под заголовком "Космические кольца и круги" ("Cosmical Rings and Rounds"), направленное в редакцию журнала одним из читателей под псевдонимом "Изучающий оккультизм" ("A Student of Occultism"). В этом письме автор высказал ряд критических замечаний по поводу некоторых положений, изложенных в 7-м выпуске "Фрагментов оккультной истины". Сам 7-й выпуск "Фрагментов" был перед тем опубликован в апрельском номере журнала за тот же год, и автором его (точнее, выпусков IV-VIII) являлся А. Синнетт, подписывавшийся под псевдонимом "Мирской чела" ("A Lay Chela"). В своём редакционном комментарии Е.П.Б. подчеркнула мнимость противоречий обеих сторон разгоревшегося спора, указав: " . . . у нас нет никаких сомнений в том, что при всех кажущихся разногласиях и "Изучающий оккультизм", и "Мирской чела" могли бы превосходно сойтись во взглядах, если бы они занимались изучением доктрины не урывками, как сейчас, на основе мелких и выдаваемых время от времени порций, а если бы они получили в своё распоряжение целостное учение и будь им объяснены те огромные различия, которые существуют между семью Кругами. Но таковы воля и желание тех, кто знает лучше нас о том, что годится к разглашению, а что следует ещё какое-то время придержать".

Разрешить спор между сторонами должен был "доверенный и высокий чела", С.Т.К. Чери (S.T.K*** Chary). Однако в своём письме-комментарии он сразу же указал на невозможность "предоставить хоть в какой-то степени удовлетворительное разъяснение" по указанным вопросам без соответствующего разрешения "Братьев". "Учителя", подчеркнул он, "на сегодняшний день обозначили своё учение по этому вопросу лишь в самых общих чертах, и в их намерения в данное время вовсе не входит давать разъяснения всего учения и во всех его подробностях. Никто, кроме доверенных учеников, не может всерьёз рассчитывать на получение от них таких разъяснений, которые связаны с тайнами посвящения, тем более, что такие разъяснения должны были бы оказаться разглашены всему миру. Те, кто уже получил содержащиеся во "Фрагментах" сведения, должны теперь сами воспользоваться собственной интуицией и самостоятельно определить с большей или меньшей точностью те детали учения, которые им не были сообщены."

Тем не менее, этот чела осветил отдельные вопросы этого учения, завершив своё письмо следующими словами: "Разумеется, высказанные здесь сомнения и разногласия могут получить своё удовлетворительное разъяснение в свете подлинного эзотерического учения по этому вопросу, и каждый продвинутый чела владеет им. Но поскольку эти священные числа и цифры могут быть предоставлены только доверенным и прошедшим посвящение ученикам, то помочь вашему корреспонденту мы можем лишь указанием на его заблуждения, не выдавая при этом того, к чему он должен прийти лишь собственным умом. Даже "Мирской чела" (то есть А. Синнетт) должен стараться посильно разобраться в этом учении с помощью собственной интуиции и умственных усилий" (прим. перев.).

[2] Первоначальному состоянию (лат.).

[3] Диаграмма взята из сборника "Five Years of Theosophy", p. 277.

[4] Нижняя линия в левой части схемы.

[5] В произведении "Роза мира" Д. Андреева они называются стихиалями. Вот как он описывает их: "Здесь мы касаемся тезиса, поддающегося изложению с некоторым трудом . . . Стихиалями называются те монады, которые проходят свой путь становления в Шаданакаре преимущественно сквозь царства Природы. При этом нельзя забывать, что аспектом своеобразного царства Природы является и человечество. Стихийные, именно стихийные силы, кипящие в нём и без которых немыслимо его существование, выражают, хотя и не исчерпывают, этот его аспект. Неудивительно поэтому, что есть и такие стихиали, которые связаны не с природой в общепринятом смысле слова, а с человечеством, с его стихийным, природным аспектом" (прим. пер.).

[6] Л. Агассис и А.А. Гулд. Начала зоологии (Louis Agassiz & A. A. Gould. Principles of Zoology, 1848), pp. 205-206.



Theosophical University Press Online Edition